Текущие новости 

 
       В средствах массовой информации Тверской области, в том числе в газете «Тверские ведомости» (№49 (1833) 10-16 декабря 2010г., №39 (1823)  1-7 октября 2010г.., №2 (1786) 15-21 января 2010 г., №20 (1752) 15-21 мая 2009 г. и др.) неоднократно, с большой негативной помпой, получили одностороннее и откровенно тенденциозное освещение и толкование действия ГНУ ВНИИМЗ по организации использования закрепленных за ним земель.

С подачи прокуратуры Тверской области, без достаточных оснований, на институт были повешены все смертные грехи в этом вопросе.

Вместе с тем, проблема земельных отношений очень не проста, а земельное законодательство по сей день остается крайне несовершенным. Свидетельством тому являются бесконечные поправки, дополнения и изменения, вносимые в Земельный кодекс РФ.

В связи с этим непросто однозначно оценивать и действия института в данном конкретном случае.

Совершенно не случайно Арбитражный суд Тверской области в первой инстанции и Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Вологда отказали прокуратуре в ее иске. Две инстанции арбитражного суда подряд, наиболее детально рассмотревшие вопрос непосредственно на месте, в принципе не могли ошибиться по его существу.

А вот кассационная инстанция в г. С.-Петербурге, мягко говоря, допустила судебную ошибку. Десятки квалифицированнейших юристов оценили ссылку кассационного суда на Постановление Верховного Совета РФ от 27.12.1991№ 3020-1 смехотворной. Но такова наша судебная система сегодня.

Все последующие судебные решения, естественно, подчинены и продиктованы решением этой высшей инстанции, т.е. Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа в г.С.-Петербурге,  в пользу прокуратуры. 

Как же все было и есть на самом деле?

В 1993 г., в целях обеспечения более действенного контроля за использованием и распоряжением землями постоянного (бессрочного) пользования подведомственного ВНИИМЗ ОПХ «Заветы Ленина» Постановлением Калининского района эти земли были переданы институту. До момента банкротства ОПХ «Заветы Ленина» они использовались в сельскохозяйственном производстве силами и средствами ОПХ в соответствии промфинпланами, утвержденными институтом.

К моменту банкротства ОПХ в 2004 г. производственная база хозяйства не позволяла создать на освободившихся землях новое крупное сельскохозяйственное предприятие типа колхоза или совхоза, у института тем более не было возможности вести сельскохозяйственное производство на площади 5 тыс. га сельхозугодий. Уже не было общественного скота, обезлюдели деревни, машинно-тракторный парк был изношен более чем на  90 %.

Первое побуждение института отказаться от закрепленных за ним земель натолкнулось на те же законодательные препоны.

Оказалось, что для того, чтобы оформить отказ от земель, необходимо проведение их межевания и постановки  на кадастровый учет, а это обусловливает многомиллионные затраты,  на которые средств ни у института, ни у Россельхозакадемии, естественно, не было.

Перед институтом встала дилемма -  либо забросить земли, как это сделали сотни и тысячи колхозов в стране, в том числе и в Тверской области, и тем самым  вывели из оборота более 50 млн. га сельхозугодий, либо как-то попытаться организовать их использование, хотя бы основных, наиболее пригодных для сельского хозяйства площадей.

Прежде всего,  надо было решать два главных вопроса:

1. Как сохранить и укрепить (к тому времени уже крайне изношенную) производственную базу опытного поля – экспериментальную основу всех исследований института.

2. Что организовать взамен ОПХ – как реального и доступного полигона для производственных проверок научных разработок института, внедрения достижений науки и передовой практики.

Единственным путем решения этих вопросов было и остается до сих пор – привлечение средств инвесторов.

Первые же шаги в этом направлении показали, что в земли постоянного (бессрочного) пользования, закрепленные непосредственно за государственным учреждением, каким является ВНИИМЗ, ни один инвестор не будет вкладывать ни копейки. И  это понятно, ибо такое вложение финансовых средств сродни простой благотворительности.

Определенные возможности для организационных действий института открывало переоформление права постоянного (бессрочного) пользования землями на право их аренды.

Очень важно подчеркнуть, что, начиная с этого момента, институтом не было сделано ни одного самовольного, самодеятельного, не согласованного, не продиктованного соответствующими органами шага. Это подтверждено документально и не оспаривается ни прокуратурой Тверской области, ни арбитражным судом.

Неправомерными признаются действия тех, кто согласовывал, принимал, регистрировал от имени государства, а виноват, в конечном итоге, оказался институт. Ведь это институт «разбазаривал» земли! Так пишут в газете «Тверские ведомости».

Слово то такое подобрали! Не институт получается, а преступное сообщество. Хотя  бы о людях, о коллективе подумали.

Небольшое отступление от темы. На этих землях сотрудники института и ОПХ трудились не один десяток лет, вкладывали свой труд, силы и средства. Прав у них на эти земли не меньше, чем у тех, кто приватизировал заводы, фабрики, месторождения, кто получил земельные паи в бывших колхозах и совхозах. Но сотрудники института и ОПХ почему-то были лишены этого права.

Но вернемся к переоформлению земель ВНИИМЗ в аренду. Как выше было уже отмечено, переоформление права постоянного (бессрочного) пользования землями на право аренды было осуществлено в полном соответствии с законом.

Далее, распорядиться арендованными землями для решения указанных выше задач, распорядиться правильно, всесторонне обосновано, взвешенно, в рамках закона и подлинных интересов государства -  совсем не простое дело.

Ключевая проблема, которую ни рассматривать, ни слышать о ней не желают ни прокуратура, ни суды, ни другие контролирующие органы - это проблема действительно рационального и эффективного, целесообразного и выгодного, в том числе и для государства, способа, вида использования каждого конкретного земельного участка в соответствие с его природной, социально-экономической и хозяйственной пригодностью, природным предназначением и конкретной ситуацией.

Именно с этих позиций каждому земельному участку в границах всех земель института была дана объективная, научно обоснованная оценка.

Именно на этой основе был разработан своего рода генеральный план использования земель, выделения отдельных участков для различных целей. В виде Программы деятельности на 2007-2010 гг. этот план был оформлен, рассмотрен, одобрен и утвержден Россельхозакадемией.

В приоритетном порядке все земли были разделены на четыре категории:

- земли непосредственно под полевые опыты и другие экспериментальные исследования;

- земли для опытно-производственного ведения сельского хозяйства под контролем и при участии института;

- земли для переуступки фермерским хозяйствам, предприятиям сельскохозяйственного профиля;

- земли для иных, в т.ч. и несельскохозяйственных,  целей.

При желании и непредвзятом анализе последующих действий института по переуступке права аренды на отдельные участки не трудно увидеть, что эти приоритеты неукоснительно соблюдались.

Непосредственно за опытным полем института оставлены самые лучшие, представляющие наибольший научный интерес земли.

Для ведения сельскохозяйственного производства, взамен ОПХ «Заветы Ленина», выделена подавляющая часть основных, наиболее пригодных для этих целей полей и лугов.

Для создания фермерских хозяйств и садоводческих товариществ выделены (переуступлено право аренды), пригодные именно для этих видов деятельности и удобно расположенные участки.

И только в мизерной части переданных земель при передаче не было полной уверенности в их использовании по сельскохозяйственному назначению. Но и в этом случае  не сам институт изменял категорию земель - таких полномочий и возможности у института не было и нет.

Кто же мешал уполномоченным на то органам не допустить перевода сельскохозяйственных земель в другую категорию? Может быть институт?!

Более того, в договорах ВНИИМЗ по переуступке прав государственная собственность на землю сохранялась, сельхозназначение земель также оставалось неизменным.

Почему же спрос с института, упреки и претензии прежде всего именно к  институту?

Нелепость затеянной против ВНИИМЗ кампании наиболее показательна на примере ООО «КЛОН», созданного взамен ОПХ «Заветы Ленина» для производственных испытаний и проверок научных разработок, внедрения прогрессивных технологий при непосредственном участии института, под контролем научных сотрудников, т.е. ровно для того, о чем один в один, спустя пять лет ратует министр сельского хозяйства. Вот ее дословное указание: «Создать хозяйственные  общества в бюджетных учреждениях. В такие общества целесообразно преобразовывать опытно-производственные хозяйства НИИ и ВУЗов, а в последующем интегрировать их с бизнесом, создав частно-государственные инновационные структуры. Это будет стимулировать приток частных инвестиций и одновременно позволит  осуществлять авторский надзор за внедрением новшеств. При этом разработчики будут получать доход от использования их интеллектуальной собственности» (Информационный бюллетень Министерства сельского хозяйства  Российской Федерации №1 2010 гг.).

Прокуратура области как истец по земельным спорам, средства массовой информации ликуют и радуются победе в судах. А чему радоваться?

Тому, что на четыре года, в течение которых длятся судебные разбирательства, заморожено какое-либо использование 4000 га, что не позволило создать полноценное, развивающееся опытно-производственное предприятие, не образованы на пустующих землях 5-6 животноводческих ферм, не посажены сады, огороды и не созданы зоны отдыха и труда более чем 300 семей?

Неужели это все в интересах Российской Федерации?

А что дальше? Сколько лет еще будут пустовать отобранные земли? Где возьмутся новые желающие на них работать, другие инвесторы? Кто их возьмет, ведь, по существу,  спрос имеется только на участки вдоль дороги Москва-С.-Петербург и вдоль  р. Волга, а это мизерная часть земель по сравнению с основными площадями?

Вот и получается, что «коммерческий оборот» явно обернется коммерческим «наоборотом».

 Развитие ситуации, складывающейся вокруг земель, предоставленных в своё время ГНИУ ВНИИМЗ, является предметом достаточно оживлённой дискуссии на страницах тверской прессы. При этом активность такой дискуссии, как правило, обратно пропорциональна объективности высказываемых в её ходе суждений. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, поскольку в хитросплетениях судебных дел, рассмотренных либо находящихся на рассмотрении арбитражного суда Тверской области и Калининского районного суда (общим числом более тридцати), нелегко разобраться даже опытному юристу. Отсюда вполне понятно, почему в публикациях на данную тему превалирует следующая точка зрения: прокуратура Тверской области отстаивает государственные интересы, грубо нарушенные действиями ГНИУ ВНИИМЗ и его партнёров. Однако, следуя принципу, заложенному ещё во времена римского права, «должна быть выслушана и другая сторона».

            Для того, чтобы понять логику, которой руководствовался ГНИУ ВНИИМЗ в своих действиях, необходимо вкратце напомнить предысторию развития событий. В начале 90 годов прошлого века (именуемых нынче не иначе, как «лихими») земли, являющиеся в настоящее время яблоком раздора, принадлежали государственному унитарному предприятию «Опытно-производственное хозяйство «Заветы Ленина». Последнее являлось специализированной организацией сельскохозяйственного профиля, сочетавшей в своей деятельности как обеспечение постановки научных исследований, так и производство товарной продукции, и имевшей для этого соответствующую материальную базу. Однако в процессе стремительных реформ данное предприятие не менее стремительно обанкротилось, а ставшие бесхозными земли волевым решением были переданы институту. То обстоятельство, что выделяемых институту денежных средств хватало лишь на выплату заработной платы его сотрудникам,  в расчёт не принималось. В такой ситуации руководство института встало перед выбором – либо просто отказаться от полученных земель, либо, используя возможности существовавшего на тот момент законодательства, создать себе солидный задел для продолжения научной деятельности,  получив при этом и материальную выгоду. Избрав второй путь, институт переоформил имевшееся у него право постоянного (бессрочного) пользования на часть полученных земель (общей площадью 4912 гектаров) на право их аренды, которое впоследствии переуступил на возмездной основе организациям, намеренным осуществлять на таких участках различные виды сельскохозяйственной деятельности. При этом, в соответствии с условиями соглашений о переуступке, институт сохранял за собой право доступа на участки, полученные новыми арендаторами, для постановки научных опытов, осуществления наблюдений, отбора проб и т.п. Иными словами, институт, не расходуя денежных средств (весьма умеренно выделяемых ему из федерального бюджета), получал возможность анализировать и обрабатывать  результаты различных видов  сельскохозяйственного использования земель, осуществляемого новыми арендаторами.

Здесь требуется несколько небольших, но весьма существенных отступлений. Поскольку руководство института постоянно обвиняется в том, что «оно позволило вовлечь в коммерческий оборот земельные участки, предоставленные институту для научной деятельности», следует конкретизировать некоторые абстрактные понятия.

Во-первых, земельный участок площадью 4912 га – это массив, протяжённый в длину вдоль автотрассы «Москва-Санкт-Петербург» от деревни Пасынково до деревни Воскресенское, и ограниченный по ширине линией Октябрьской железной дороги и рекой Волга. Даже далёкому  от науки и производства человеку очевидно, что использовать такой участок исключительно для научной деятельности (тем более силами одной бюджетной организации) не только нереально, но и попросту экономически нецелесообразно.  Для сравнения – площадь опытного поля, используемого институтом в настоящее время, составляет 334 га – почти в 15 раз меньше площади первоначального участка.

Во-вторых, гражданско-правовое понятие «оборот» означает переход права собственности на определённое имущество в результате совершения сделок с таким имуществом. В рассматриваемой ситуации передавались исключительно права аренды земельных участков, а последние как были, так и продолжали оставаться в государственной собственности.

Наконец, все действия института представляют собой не какие-то совершаемые наспех и тайком махинации, как это пытаются представить в отдельных публикациях, а абсолютно открытые сделки, согласованные со всеми уполномоченными на тот момент государственными и муниципальными органами – Администрацией Калининского района, Территориальным управлением Минимущества  по Тверской области, а также прошедшими в Управлении Федеральной регистрационной службы по Тверской области процедуру государственной регистрации.  Последняя в силу закона является актом признания и подтверждения государством прав на недвижимое имущество. Все описанные действия института были зафиксированы  в Программе его деятельности на 2007-2011 годы  и одобрены головной организацией – Российской академией сельскохозяйственных наук. Характерно то, что многие из положений указанной программы практически полностью совпали с концепцией научного обеспечения деятельности сельхозпроизводителей, разработанной Министерством сельского хозяйства РФ в 2009 году.

Возвращаясь к теме нашего повествования, следует отметить, что как завершённые, так и продолжающиеся на данный момент судебные процессы в отношении рассматриваемых земель, несмотря на их результат, оставляют множество безответных вопросов.

Прежде всего, это сам повод для обращения Прокуратуры Тверской области в суд. Формально им явилось представление Счётной палаты Российской Федерации по результатам проверки деятельности ГНИУ ВНИИМЗ. Однако выводы Счётной палаты и содержание исков Прокуратуры имеют весьма мало общего. Данное обстоятельство было отмечено судами первой и апелляционной инстанций, рассматривавших самое первое дело в череде имеющихся судебных разбирательств – о признании незаконным постановления от 25 марта 2004 года о переоформлении ГНИУ ВНИИМЗ земель в аренду. Характерно, что оба указанных суда отказали прокуратуре в иске.

Ключевым в дальнейшем развитии событий стало Постановление, вынесенное Федеральным арбитражным судом Северо-Западного округа 10 марта 2009 года. Данный орган, рассматривавший дело в кассационном порядке, отменил принятые ранее  судебные акты и признал постановление о переоформлении земель в аренду незаконным. Поданная ГНИУ ВНИИМЗ жалоба о пересмотре данного постановления в порядке надзора была отклонена Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации. Руководствуясь указанным постановлением, Прокуратура приступила к оспариванию всех сделок, последовавших после переоформления институтом земель в аренду. Поскольку выводы суда кассационной инстанции имеют преюдициальное значение (то есть не нуждаются в повторном доказывании при рассмотрении других дел с участием одних и тех же лиц), изложенная в Постановлении ФАС СЗО от 10.03.2009 г.  позиция при дальнейшем рассмотрении дел воспроизводится судами буквально, формируя то, что называется судебной практикой.

ГНИУ ВНИИМЗ исчерпал все предоставленные ему законом способы обжалования указанного судебного акта, поэтому он  не вправе ставить его под сомнение в последующих судебных процессах. Однако, поскольку  наиболее неудобные вопросы демонстративно игнорируются всеми судебными органами (включая Высший Арбитражный Суд РФ), институт считает возможным обратить на них внимание в данной статье.

Во-первых, ФАС СЗО  признаёт незаконным акт органа местного самоуправления, изданный в марте 2004 года, только в марте 2009 года, то есть, через 5 лет после его издания, при том, что процессуальный закон устанавливает трёхмесячный срок для подобного обжалования. Во-вторых, в основу своего Постановления судом кассационной инстанции положен нормативный акт 1991 года, который, как прямо указано в его основных положениях, не распространяется на земельные отношения. Такой подход необходим суду, чтобы игнорировать требования специального федерального закона, принятого на 10 лет позже – в 2001 году. Вероятно, осознавая шаткость своей позиции, суд подкрепляет её ссылкой на законы, принятые в 2008 году, то есть через три года после издания оспариваемого ненормативного акта. Наконец, в свете изложенной концепции, абсолютно необъяснимыми выглядят действия государственных и муниципальных органов, заключавших, согласовывавших и регистрировавших оспариваемые в настоящее время сделки. Неудивительно, что пояснения представителей данных органов, даваемые ими в судебных заседаниях, создают впечатление нахождения  в театре абсурда.

Например, юрист Администрации Калининского района заявляет о незаконности всех действий, которые совершал представляемый им орган на протяжении 4 лет, после чего, по-видимому, осознав возможные последствия такого шага, попросту перестаёт посещать судебные заседания, письменно выразив своё согласие с любыми возможными решениями. Представитель территориального управления Росимущества в Тверской области утверждает во всех судебных заседаниях, что данному органу не было известно о том, что спорные земли находятся в федеральной собственности до того момента, пока такой вывод не сделал Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа.  В поголовную некомпетентность сотрудников управления невозможно поверить даже при самом пессимистичном взгляде на данный орган.

Самое интересное, что в апреле текущего года тот же Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа принимает по аналогичному делу абсолютно противоположное постановление, мотивируя свою позицию точно такими же доводами, которые заявлялись в 2009 году ГНИУ ВНИИМЗ и тем же судом были отвергнуты. При этом, судья, председательствующая при рассмотрении дела в 2011 году, являлась членом коллегии, вынесшей постановление от 10 марта 2009 года. Как тут не вспомнить бывшую в своё время крылатой фразу В.И.Ленина о «недопустимости законности калужской и казанской»!

Тем не менее, суды идут своим чередом. И чем больше сделок признаётся недействительными, тем острее встают перед инициаторами рассматриваемого процесса, проблемы, о которых они волей-неволей должны будут задуматься.

Прежде всего, кому возвращать отбираемые у арендаторов земли? Прокуратура и новоявленный собственник – Территориальное управление Росимущества – вновь навязывают эти земли институту. Однако, как только это произойдёт, со стороны института последует отказ от подобного пользования, и земли неизбежно отойдут в казну, с возложением на собственника бремени их содержания. Здесь собственника уже поджидает следующая проблема – что делать с попавшими к нему  землями? В соответствии с законом следует объявлять аукцион на право их аренды. Только в рамках имеющихся у нынешнего Территориального управления полномочий, оно вправе лишь принять от заинтересованных лиц заявки, сформировать соответствующие пакеты документов и отправить их для дальнейшей реализации непосредственно в Москву, в Росимущество. Сами понимаете, насколько затянется процесс отбора новых арендаторов и оформления отношений с ними. Следует заметить, что из 49 земельных участков, входивших в состав единого землепользования общей площадью 4912 гектаров, не более 10 участков являются инвестиционно привлекательными. Что же касается остальных... За три с лишним года, пока идут судебные процессы, земля никем не используется – никто не торопится вкладываться в участки, которые, возможно, завтра у тебя отберут. Соответственно, пригодность земли для ведения сельского хозяйства оставляет желать много лучшего. Излишне говорить, в течение всего рассматриваемого периода времени не перечисляется  и арендная плата за пользование земельными участками. В последнее время наметилась ещё одна показательная тенденция. Отдельные арендаторы, предвидя неизбежность потери участков, пытаются извлечь из них выгоду любой ценой, что окончательно делает такие земли непригодными для дальнейшего сельскохозяйственного использования. Однако и собственник и прокуратура в данном случае безмолвствуют – им не до этого.

У рассматриваемой ситуации имеются и отдалённые последствия, Это вопрос о компенсации потерь, понесённых добросовестными приобретателями. Дело в том, что несколько арендаторов успели выкупить земельные участки у Администрации Калининского района. Общая сумма, заплаченная за выкуп, немногим менее 60 миллионов рублей, которые в случае признания соответствующих сделок недействительными, Администрация обязана возвратить покупателям. Понятно, что в случае взыскания таких сумм, Администрацию, а следовательно и весь Калининский район можно смело объявлять банкротами.

Самое прискорбное, что никого из инициаторов рассматриваемого процесса поставленные проблемы не волнуют в принципе. Они искренне считают их внутренним делом... института и его партнёров. Такой вот «государственный подход»...

Внимание! Информация будет обновляться и дополняться.